Два жизненных принципа Ильи Ольховского

19 июля 2016 г. в 20:11

Фото Анастасии ПАЧИНОЙ

Категория: Общество

8 июля генерал-майор полиции Илья Ольховский был гостем нашей редакции. Он ответил на все вопросы, которые интересовали журналистов не только «Хакасии», но и газеты «Хабар» и телерадиокомпании РТС.

Начало пути

— Илья Иванович, сколько лет вы уже служите в органах внутренних дел?
— 1 сентября этого года будет 41 год. Начинал службу курсантом Хабаровской средней специальной школы милиции, по окончанию которой в 1977 году был направлен для дальнейшего прохождения службы в Магаданскую область. Там, как я считаю, достойно отслужил 34 года на разных должностях: от участкового инспектора милиции до исполняющего обязанности начальника УВД Магаданской области. В 2008 году был назначен в Хакасию министром внутренних дел республики.
К сказанному могу добавить, что практически вся моя жизнь была связана с оперативной работой, криминальной милицией. Более 24 лет отработал в подразделении уголовного розыска и не понаслышке знаю, как раскрывать преступления.

— До поступления в школу милиции чем занимались? Где родились, кем были ваши родители?
— Родился на Украине, в Харьковской области, 1 августа 1953 года. Отец — шофёр, мама работала учителем начальных классов. Оба родителя пережили войну. Папа воевал с 1943 года, дошёл до Венгрии. Мама попала под оккупацию, и её чуть не увезли в Германию, но ей удалось выбраться из вагона и сбежать прямо перед отправкой поезда.
Есть у меня брат. Он, как и я, выбрал для себя службу в милиции, работал в уголовном розыске, сейчас на пенсии. Родителям благодарен за то, что они сами всю свою жизнь жили честно и нас этому научили.
Я окончил среднюю школу. Затем — Ждановскую мореходную школу. Работал в Азовском морском пароходстве. Срочную армейскую службу проходил в Чехословакии. После армии больше года трудился на прииске в Магаданской области — работал в кузнице, кузнецом ручной ковки (или попросту — молотобойцем).
Вообще я в этой жизни увидел три стихии: воду, когда был моряком, огонь, когда работал в кузнице, и «медные трубы». Да, «медные трубы», обкатку властью, прохожу до сих пор.
В 1983 году впервые стал руководителем — начальником уголовного розыска Сусуманского горотдела внутренних дел и со временем дослужился до министра внутренних дел Хакасии. Работа ответственная, требующая умения принимать важные, зачастую не простые решения. Чувство ответственности за принимаемые решения, безусловно, накладывает отпечаток. Бывает, в два часа ночи проснёшься и думаешь: а почему я принял именно это решение, а не другое?..

— А могли стать моряком, а не милиционером. Как так вышло, что вы выбрали для себя именно этот путь?
— Знаете, мне море, флотская жизнь до сих пор снятся, хотя лет прошло прилично. Думаю, что если бы не стал милиционером, то однозначно бы связал свою судьбу с морем. Почему стал милиционером? Видимо, судьба. Хотя не был ни дружинником, ни внештатником. Однако всегда, сколько себя помню, не мог принять несправедливость, хотелось с ней бороться, кому-то помогать, кого-то защищать. Наверное, это и подтолкнуло сделать именно такой выбор. После армии я нашёл объявление о наборе в школу милиции. Вот тогда и принял окончательное решение. Хотя и полагал, что могу не поступить. На этот случай был запасной вариант: перебраться во Владивосток и продолжить свою карьеру в Дальневосточном морском пароходстве. Но жизнь распорядилась так, а не иначе. И я был к этому готов.

Ради справедливости и пользы службе

— Существует ли какая-то региональная специфика в профессиональной деятельности органов внутренних дел в Хакасии и Магаданской области?
— Профессиональный уровень сотрудников органов внутренних дел в Хакасии, наверное, всё-таки выше, чем в Магаданской области.
Там замкнутое пространство, и это отражается буквально на всём. И там объективно больше людей, относящихся к категории риска, ранее судимых. Традиционно вся история Магаданской области в общем-то связана с людьми, которые добровольно туда, как правило, не ехали. Их высылали, они отбывали наказание и потом оставались жить, создавали семьи. По этой причине были сильно развиты воровские традиции, обычаи, закладывавшиеся в 40-50-е годы прошлого века.
В целом же какой-то особой разницы в преступности я бы не отметил. И в Хакасии, и в Магаданской области 50 процентов составляют имущественные преступления: кражи, грабежи, разбои. Структура преступности примерно одинаковая, как, впрочем, и в других регионах страны. Но объёмы в Хакасии, безусловно, гораздо больше, чем в Магаданской области, причиной чему количество населения: в нашей республике, как известно, проживает примерно 600 тысяч человек, а там — 100 тысяч.

— Есть ли в Хакасии места, где вы любите бывать больше всего?
— Хакасия, конечно, уникальное место! Природа тоже особенная. Меня вот, скажем, удивляют некоторые здешние жители, которые никогда не были на великолепных ширинских озёрах и даже не знают, где это вообще находится. Ну а я как раз люблю отдыхать именно там. У нашего министерства есть небольшая база на озере Шира, и я, если бывает такая возможность, с большим удовольствием туда выезжаю. Вообще, где бы я ни находился за пределами республики, с кем бы ни общался, обязательно рассказываю о Хакасии, о великолепных, живописных местах, о легендах этой древней земли.

— Есть ли у вас хобби?
— В более юные годы любил рыбалку, охоту. Рыбачить и сейчас иной раз удаётся. Увы, не часто. За восемь лет, что я здесь живу, раза четыре всего рыбачили на водоёмах в Ширинском же районе. При этом мне нравится, наверное, больше сам процесс, чем его результат. Люблю посидеть просто с удочкой на берегу, в тишине. В этом удовольствие, рыба — не главное. С охотой было так. В какой-то момент я принял для себя правило: убивать беззащитное животное ради спорта всё равно что совершить убийство, взять грех на душу. У меня, конечно, есть оружие дома. Но стреляю я из него только в тире или по банкам и пластиковым бутылкам. В животных уже больше 15 лет не стреляю, считаю кощунством убивать ради удовольствия.

— А какое решение в вашей жизни было самым трудным?
— Вы знаете, наверное, лёгких решений не бывает. Особенно, когда это касается судьбы конкретного человека. Я как руководитель наделён правом увольнять сотрудников. Но каждый раз, когда это происходит, приходится крепко задумываться: а не допустил ли я при этом ошибку?
Беседую лично с каждым сотрудником, которого привлекаю к дисциплинарной ответственности. Что называется, глаза в глаза. Это помогает принять выверенное решение. Иногда отправляю материал служебной проверки на доработку, иногда кардинально меняю мнение о человеке, и вместо наказания следует только предупреждение о недопущении тех или иных нарушений служебной дисциплины.
Увольняю предателей и тех, кто не желает понимать задач, стоящих перед нашим ведомством. Что греха таить: к сожалению, к нам приходят и такие сотрудники, которые всерьёз считают, что в системе МВД можно не служить, а просто зарабатывать. Вот к таким, конечно, никакой пощады нет.
Или если речь идёт об установленных фактах управления транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Я в самый первый день после заступления на должность министра внутренних дел республики очень чётко заявил: будет такой факт установлен — однозначно увольнение. И я каждый год где-то по десять человек за данный проступок увольнял со службы в полиции — от сержанта до полковника. Мои решения кое-кто и через суды пытался отменять — не вышло.
Ну а результат всего этого таков — за последние годы практически в разы уменьшилось количество ДТП, в которых наши сотрудники были виновны, находясь в нетрезвом состоянии. Такая кадровая политика, я вас уверяю, продолжится и впредь.

О ценности дел и человеческих взаимоотношений

— Как повлияло реформирование хакасской милиции в полицию?
— Мы прежде всего подверглись значительному сокращению. Тем не менее сегодня можно с уверенностью констатировать, что мы сумели с честью выдержать возникшие трудности. Более того, смогли удержать оперативную обстановку на территории республики и даже улучшить её по многим позициям. Вы знаете, что мы создали «дачную» полицию, и сегодня у нас почти нет серьёзных жалоб от граждан на воровство с садовых участков. Создали и «ночную» полицию, занимающуюся охраной общественного порядка в Абакане ночью. Сейчас многие субъекты Федерации у нас этот опыт перенимают. Не первый год работаем в режиме «курортного» отдела на озёрах Ширинского района, не допуская массовых нарушений закона со стороны гостей республики.
Продолжаются и командировки наших сотрудников за пределы Хакасии. Принимали участие в охране общественного порядка во время Универсиады в Казани, Олимпиады в Сочи. И деятельности наших сотрудников давалась высокая оценка.
Этим летом отработали на выпускных вечерах, губернаторском бале, форуме «Сибер Ил», Дне республики, Тун Пайраме. Глава Хакасии Виктор Зимин поблагодарил меня, а в моём лице и всех сотрудников полиции республики за то, что мы сумели на достойном уровне обеспечить безопасность наших граждан на этих массовых мероприятиях.

— Как вы оцениваете деятельность возглавляемого вами министерства по итогам прошедшего полугодия?
— В целом положительно. Есть недостатки, которые мы будем детально разбирать на коллегии. Но могу сказать, что МВД по Хакасии — одно из немногих (всего таковых по стране — пять), где произошло заметное снижение уровня преступности. К слову, такая тенденция отмечена и в первом полугодии 2015 года. Актуальна она и для первого полугодия текущего года: снижение составило 800 преступлений.

— Что вас как представителя закона более всего расстраивает?
— В последние годы, увы, чётко прослеживается увеличение числа преступлений, совершаемых женщинами. Причём преступлений тяжких.
Другой проблемой, в частности для столицы республики, считаю абсолютно беспрепятственную, безответственную алкоголизацию населения. Особенно жалко молодых людей. На сегодня в Абакане свободно и круглосуточно функционируют 134 различных питейных заведения — от пивных до рюмочных. Если бы это было 134 спортзала, то можно было бы только порадоваться. А то, что есть, — страшная беда. Не должно такого быть!
Ну и ещё, пожалуй, стоит выделить проблему «повторников» — водителей, севших за руль в состоянии алкогольного опьянения, понёсших за это предусмотренную законодательством административную ответственность, но вновь пойманных за руку за аналогичное правонарушение. В среднем мы более 100 таких водителей в месяц выявляем. За год — 7000. Однако, на самом деле, пьяных рулевых на наших дорогах гораздо больше: по моим подсчётам, их наберётся за год не менее 35 тысяч, но не каждый из них попадается сотрудникам ГИБДД. Начиная с 1 июля 2015 года, когда за повторное, задокументированное органами внутренних дел нахождение в нетрезвом виде за рулём была введена уголовная ответственность, в Хакасии уже 40 горе-водителей привлечено к наказанию, связанному с реальным лишением свободы. В Черногорске, к примеру, живёт 32-летняя женщина, которую за пять лет наказали за пьяную езду... десять раз. Только вдумайтесь! Сейчас она отбывает срок в колонии-поселении.
За прошедшее полугодие 2016 года органами дел республики поставлено на учёт 506 «повторников». В России мы сегодня одни из первых по этому показателю, и пока, к сожалению, переломить негативную ситуацию не удаётся. Несмотря на ужесточение законодательства. Но мы работаем и надеемся, что через некоторое время всё-таки удастся изменить ситуацию в лучшую сторону.

— Как обычно строится ваш рабочий день?
— Он начинается с 5.45. Работаю со сводкой происшествий, даю указания подчинённым, заслушиваю доклады, просматриваю документы, почту. В 8.30 провожу рабочее совещание с заместителями и руководителями подразделений. В 9.00 принимаю сдачу дежурства по республике. Затем — по графику: приём сотрудников, различные совещания, выезды в районные и городские подразделения полиции. После 19.00, если позволяет текущее положение дел, отправляюсь домой.

— А спать когда ложитесь?
— Как получится (смеётся)! Но встаю рано — в четыре утра. Обязательная зарядка — и на работу.

— Рассматриваете ли Хакасию как «тихую гавань», где вы готовы остаться жить после окончания прохождения службы в полиции?
— В Хакасии мне очень комфортно. Здесь уникальная природа, хорошие, добрые люди. И если судьба распорядится, то я здесь останусь, безусловно.

— Как вы считаете, есть ли какой-то универсальный принцип цивилизованных взаимоотношений между людьми?
— Лично я всегда стараюсь придерживаться двух принципов. Первый касается работы: или работать, или не работать. А если работать, так на «отлично». Ну а второй сформулировал не я, он записан в Библии. И я часто своим сотрудникам его пересказываю своими, конечно, словами: если не знаешь, как поступить, поступи так, как ты хотел бы, чтобы с тобой поступили другие. И никогда не ошибёшься! Думаю, если бы этими принципами руководствовались как можно большее количество людей, то в окружающем нас мире, в жизни каждого из нас было бы меньше лжи, горя и неприятностей.

Долгожданный указ

— 7 июля президент России подписал указ о расширении штатной численности полиции на 64 тысячи человек. Связано ли это с включением в систему МВД ранее самостоятельных структур — наркоконтроля и миграционной службы?
— Мы этого указа действительно ждали, так как не могли принимать бывших сотрудников наркоконтроля и миграционной службы на работу в структуру МВД. На прошлой неделе я подписал необходимые документы, и в скором времени оба подразделения начнут полнокровно выполнять возложенные на них обязанности, но уже в системе органов внутренних дел. Сейчас в этих ведомствах работают ликвидационные комиссии, идёт передача оперативной документации и материально-технических средств в ведение полиции.

* * *

Восемь лет во главе МВД. Что сделано?

Открытость. Мы сделали серьёзный шаг к открытости, стали доступнее для населения. Не боясь, публично стали рассказывать о своих проблемах, трудностях, существующих в системе внутренних дел. Тем самым привлекли на свою сторону многих граждан. После этого в нашей республике стали известны многократные случаи, когда обычные люди, рискуя здоровьем, а порою и жизнью, задерживали опасных преступников сами или оказывали помощь сотрудникам полиции, позвонив по «телефону доверия» МВД по Хакасии. Активная гражданская позиция достойна всяческого поощрения, что мы и делаем.

Народные дружины. В республике реально, а не на бумаге создано более 100 добровольных народных дружин. Они оказывают активное содействие в охране общественного порядка.

Снижение количества преступлений. За восемь лет нам удалось почти в два раза снизить количество преступлений в республике. А если вспомнить более раннее время, то в 1999-м году, например, на территории Хакасии регистрировалось около 200 убийств. В 2015-м — 78. Это очень серьёзное достижение в деятельности полиции республики.

Повышение уровня раскрываемости. Если в 2007 — 2008 годах в республике этот показатель составлял примерно 34 процента, то в первом полугодии текущего года — уже 70. Впервые за много лет в общероссийском рейтинге общей раскрываемости преступлений наша республика заняла 20-е место, что говорит о высоком профессиональном уровне сотрудников полиции Хакасии.

Инфраструктура. Впервые — спустя многие годы — мы возвели в Копьёво типовое двухэтажное здание полиции, в котором есть спортзал. На 100 процентов обеспечили отделы и подразделения полиции Хакасии современными дежурными частями. В Абакане построили новую базу кинологической службы и кавалерийского подразделения.
Недавно сдали в эксплуатацию 108-квартирный дом для наших сотрудников. Приступили к строительству ещё одного жилого дома.
Раньше изоляторы временного содержания в районах и городах республики были, прямо скажем, в плачевном состоянии. Сейчас почти везде они соответствуют современным российским стандартам.

Записал Андрей ПЕТРОВ

Оставить комментарий

Тема дня

В «Нью-Йорке» всё спокойно?

В Хакасии проходят прокурорские проверки объектов с массовым пребыванием людей. В первую очередь контролёры пришли в торгово-развлекательные центры.