Театр на минах

9 марта 2017 г. в 13:41

Фото из открытых источников

Категория: Общество

Количество людей, считающих себя учениками Василия Викторовича Соколова, вряд ли поддаётся точному подсчёту. Несколько поколений рамповцев, начиная с 70-х ещё годов, плюс молодёжь 2000-х из театра «Красный квадрат», который Соколов организовал после уничтожения «Рампы», — для них он Учитель, и не только в области чистого театра, а, как говорят в быту, вообще «по жизни». Миф соколовской «Рампы» есть, и уже давно. А вот мифологии «Рампы» — пока не существует.

В древнегреческом «миф» («мифос») и «логос» синонимы. Только «мифос» означает слово символизирующее, а «логос» — слово осмысляющее, формулирующее. Осмыслить миф «Рампы» это вообще-то задача на будущее. А заслуга Василия Викторовича в том, что он этот миф создал. И этот миф обладал реальной силой.
Я впервые в жизни понял, что такое театр — или, по-другому говоря, зачем он вообще нужен, — только попав на представление рамповского «Гамлета» в мае 1989 года. А мне, между прочим, тогда уже 27-й годик шёл. До этого театром я не особенно, скажем так, интересовался. Как это было — классная руководительница объявляет, что завтра все дружно собираются и идут на спектакль (какой именно, дети не выбирали), а кто сбежит, тому а-та-та. А потом ты сидишь в первых рядах и снизу вверх смотришь на каких-то дяденек и тётенек, которые, скрипя половицами сцены, преувеличенно тонкими или преувеличенно толстыми голосами говорят о чём-то, не имеющем никакого отношения к тебе лично, к твоей реальной жизни.

И вот в мае 1989-го, после первого абаканского рок-фестиваля, нам с Валерой Катиным передали предложение от Василия Викторовича — принять участие в постановке «Ивана Чонкина». Соколов хотел, чтобы на сцене вместе с актёрами была живая рок-группа. После знакомства, узнав, что в «Рампе» мы не бывали, он вручил нам пригласительные на заключительный показ «Гамлета» в том сезоне: «Посмотрите, что мы за «Рампа» такая, может, и не захотите с нами связываться».
Не буду употреблять выражений типа «я был потрясён». Во-первых, мне впервые в жизни было абсолютно ясно всё происходящее на сцене. Во-вторых и в главных — и вот это было действительно удивительное открытие — я, сидя в этом маленьком зале, понимал, что всё это, вот ведь штука какая, про меня. Этот «Гамлет» про меня поставлен. Я сам — его главный герой. И ещё — вот, оказывается, зачем театр вообще существует. Вот как это, в конце-то концов, должно РАБОТАТЬ.
С «Иваном Чонкиным» в итоге не сбылось, но наша группа «ROCKOUT» на долгие годы стала, как сейчас говорят, резидентом «Рампы», и многие наши лучшие концерты случились именно там. В «Рампе» я увидел тот же тип самоотдачи, те же принципы подхода к художественному материалу, тот же РОК, который полуосознанно, инстинктивно стремился в те ранние времена воплотить сам. При этом, видя, как работает Соколов, я гораздо быстрее понял многие вещи о так называемой «художественной правде», чем если бы доходил до этого сам, вслепую. Вкратце это формулируется так: настоящее искусство опасно. Реально опасно. «Святое место бывает пусто. Чувство опасности — суть искусства».

И наконец, что тоже важно, я нашёл в «Рампе» своих. Действительно своих. Действительно своих хотя бы потому, что это, похоже, на всю жизнь. При всём том, что многие из бывших рамповцев давно сменили приоритеты, в том числе и по отношению к самой «Рампе», чувство принадлежности к этой общине до сих пор остаётся определяющим. Если хотите, это травма. То есть вещь ОЧЕНЬ серьёзная. Всё-таки Соколов заставлял людей на сцене НАСТОЯЩИМ делом заниматься, а не туфтой. На разрыв аорты, да.
Это ещё одна заслуга Соколова — он обладал огромным даром обучать людей искусству отличать в театральном деле туфту от настоящего, дело от поделки, жизнь от изображения жизни. И не только в театральном. В «Рампе» очень брезгливо относились к феномену, в просторечии именуемому «понтярством». Понтярщики в «Рампе» просто не выживали, она отторгала их мгновенно. Там невозможно было притворяться тем, кем ты на самом деле не являешься. Причём это происходило ещё до сцены, на уровне общения в коллективе. Если учесть, что одним из синонимов понтярства выступает актёрство, то получается парадоксальная, на взгляд непосвящённых, вещь: театр, в котором не терпят актёрствования. На самом деле так и должно быть, иначе это не театр, а его изображение. Вот, кстати, цитата, нашёл в «Историческом словаре галлицизмов русского языка»:
«Вот и в артистической популярности... Не так уж трудно нравственным чувством распознать ту, что не в результате самоотдачи приобретена,.. а путём «понтярства», да простится мне этот дворовый термин, то есть беспардонного повышения цены своим данным и потаканию публике».
«Не так уж трудно»? Ну большинству-то как раз именно трудно, слишком вкус испорчен. И «нравственное чувство» испорчено, выходит, тоже. Иосиф Бродский в одном интервью сказал об этом же по-другому: «...можно заметить, что эстетика — мать этики. И человек со вкусом не совершит тех ошибок, которые совершает человек без вкуса». Или он же в стихотворении «Доклад для симпозиума»: «Эстетическое чутьё суть слепок с инстинкта самосохраненья и надёжней, чем этика».
Помня о том, что настоящее искусство опасно, нетрудно понимать, при чём тут инстинкт самосохранения. А всякий рамповец знает это на непосредственном опыте, на собственной, говоря совершенно определённо, шкуре. Василий Викторович в них это ВБИВАЛ.

То, что он учил своих просто быть живыми — это почти не поэзия. Сдохнуть ведь можно было.
У прошедших эту школу навсегда вырабатывалось безошибочное художественное и психологическое чутьё. Рамповца больше нельзя было обмануть — ни в искусстве (любом, не только театральном), ни в человеческих отношениях. И никакую показуху — от бытовой до государственной — он более всерьёз не воспринимал. Опасные люди получались, между нами говоря.
В статье Е. Кузнецовой «Тайгою рождённый Гамлет», напечатанной в советско-французском журнале «Сцена» (№ 1 за 1991 год), всё начиналось с фразы: «Лица актёров абаканской труппы чем-то неуловимым выделялись среди лиц остальных участников фестиваля «Театральные опыты — 90», прошедшего в Челябинске». Вот именно с этого решила начать, никак по-другому. Могу, кстати, сказать, чем же именно таким неуловимым эти лица отличались. На них лежал неотменимый отблеск трагедии.
В последние годы советской власти «Рампа» была, возможно, лучшим любительским театром СССР. В пользу этого свидетельствует целая череда первых мест на конкурсах всех возможных уровней вплоть до всесоюзного. Именно тогда и оформился миф «Рампы». Из чего можно сделать не всем очевидный вывод — миф этот СОВЕТСКИЙ. Точнее, позднесоветский. И саму «Рампу» миф, как и положено, пережил. После распада Союза театр ещё несколько лет сильно трясло, у Соколова были конфликты с учениками, из труппы ушли все ветераны; были ещё очень удачные и не очень удачные постановки, но с середины 90-х появилось ощущение, что новое время «Рампу» из себя неумолимо выдавливает. Миф и реальность — вещи всё-таки сильно разные, отождествлять их просто опасно. Если кто-то предпримет серьёзное исследование в области мифологии соколовской «Рампы», ему предстоит ответить на вопрос: не заслонил ли Василию Викторовичу действительность созданный им же самим миф?
С другой стороны, реальность текуча, а миф стоек и стабилен. «Рампу» сожгли, а потом снесли то, что осталось, — а местночтимый миф до сих пор существует, сея вокруг чувство вины и взывая к логике.
Вот это и называется «нерукотворный памятник». Василий Викторович его себе воздвиг. И это единственное, что входит в НАСТОЯЩУЮ задачу художника. «Миф» ошибочно понимать, как «враки», «побасёнки», «небывальщина». Просто некоторые вещи иначе, чем в форме мифа, выражены быть не могут. Потому что миф — это ПОУЧЕНИЕ. Или, если кому-то не нравится слово «поучение», — МОДЕЛЬ.

* * *

Справка
Василий Викторович СОКОЛОВ (1938 — 2016 годы), режиссёр. Окончил Высшее театральное училище имени Щукина (в 1969 году). Преподавал режиссуру в Минусинском культпросветучилище. В 1973 — 1983 годах режиссёр Усть-Абаканского народного театра. Спектакль «Последний срок» — лауреат хакасского областного фестиваля народных театров, краевого, всероссийского, всесоюзного фестиваля. С 1976-го по 2001-й — главный режиссёр студенческого театра «Рампа» (АГПИ  — ХГУ). Спектакль «Гамлет» — лауреат фестивалей самодеятельного творчества: хакасского областного, Красноярского краевого, всероссийского, всесоюзного, международного «Театральные опыты». За эту постановку занесён в международную энциклопедию «Кто есть кто в науке, технике и культуре». В начале 2000-х создал театр-студию «Красный квадрат», где работал до последних дней жизни. Всего им поставлено более 80 спектаклей. Автор двух телевизионных фильмов. Лауреат премии президента РФ по поддержке российских театральных инициатив 2010 года.

 

Вадим СИДОРОВ, Абакан

Комментарии

Ефремов Игорь
9 марта 2017 г. в 20:02
Спасибо Вадим Борисович...Все точно и мудро...
Полева Ольга
14 марта 2017 г. в 21:55
Спасибо. Насколько точно! Просто невероятно!
Елена Сушкевич
18 марта 2017 г. в 18:12
Сидоров о Соколове: "Если хотите, это ТРАВМА"

Оставить комментарий